Рассылка N 2  (No.208)

 24 января  2012 г.

"Не отставай в развитии - читай фантастику!"

Проект "Архивы Кубикуса" представляет

"Фэнтези и Фантастика. Лучшие отзывы"

Желтый Дом Графомана

Объявляет конкурс

Литболванка 2012 ОПА!калипсис

Условия конкурса

Конкурс некоммерческий со всеми вытекающими отсюда последствиями. Проводится исключительно для всенародного развлечения  – получить море удовольствия, снискать всеобщие почёт и уважение, блеснуть степенью осведомлённости о состоянии современной литературы - да и просто пообщаться с интересными людьми, наконец!

Конкурс проводится в пяти номинациях

1.   "Мэри (Марти) Сью снова с нами"

     1.1. Принимаются любые вариации на тему МС в любых сочетаниях. ( М, Ж, МЖ, ЖЖ, ММ, МЖМ, ЖМЖ и т.д.)
     1.2. В качестве ГГ допускаются любые животные, киборги, призраки, зомби и так далее.

2.  "Авторский беспредел"

     2.1. ГГ, ГЗ, их друзья и сочувствующие могут быть совершенно бессмертными и абсолютно неуязвимыми.
     2.2. Разрешаются импланты, дающие неограниченные сверхспособности, Мечи, разом убивающие сто врагов,  и тому    подобное.
     2.3. Разрешены воскрешения в любой форме, регенерация, Кенни-моды.
     2.4. Разрешен ПОЛНЕЙШИЙ авторский произвол.

3.  "Авторская  штампOFFка"

     3.1. Работа должна содержать максимально возможную концентрацию шаблонов, штампов, заимствований, банальностей и стереотипов на погонный дециметр текста.

4.  "Плоскость юмора"

     4.1. Работа должна содержать максимальное количество бородатых острот, плоских шуток и тому подобного.

5.  "Приглашенная звезда"

     5.1. Любой зарегистрированный пользователь может порекомендовать на конкурс произведение любого известного ему автора, удовлетворяющее вышеуказанным условиям.
     5.2. Авторство работ данной номинации прописывается явно.

Со всей информацией о конкурсе можно ознакомиться здесь

Серия "Авторские рассылки"

Багдерина Светлана Анатольевна

УЛЮХА

(рассказ)

   - Ох ты, надо же, ишь ты, гляди ж ты...

   Царь всея Лукоморья Василий Двенадцатый вертел в руках красную блестящую штучку размером с большой палец, и голубые доверчивые глаза его светились удивлением.

   На лукоморского царя со снисходительным добродушием, сложив пальцы замком на животике, поглядывал гостеприимный хозяин, король Гельвитании Ан де Труа.

   - Чего там у вашего величества? - закончив беседу с гельвитанским архистратигом, князь Митрофан Грановитый, главком обороны страны, с любопытством вытянул тощую шею.

   - Вот, гляди, Граненыч, какую пречудную вещичку мне только что его гельвитанское величество подарило! - недоверчиво покачивая головой, словно всё еще сомневаясь, что такое возможно, царь протянул генералу на ладони размером с пирожковую тарелку завороживший его предмет.

   Митрофан осторожно, двумя худыми тонкими пальцами взял диковинный сувенир, близоруко прищурился и поднес к глазам.

   - И чего? - недоуменно вопросил он после осмотра странной штучки, празднично блестевшей полированным корпусом из красного дерева, но никакой иной занимательности под его пытливым взглядом упорно не выказывавшей.

   - Да ты так-то не гляди на нее, - нетерпеливо посоветовал Василий. - Ты вон те металлические полоски видишь? Сбоку, с торца?..

   - Ну, вижу, - не понимая, к чему его загадочное величество клонит, признался Граненыч.

   - Видишь там вроде лунки для ногтя?

   - Ну?..

   - Потяни!

   Граненыч послушно вставил желтоватый ноготь в полукруглую выемку и потянул.

   Из недр красной штуковины вылезло миниатюрное, длиной сантиметров в пять и шириной в десятую часть длины, лезвие.

   - Ножик! - умильно прокомментировал царь. - А теперь вон за ту торчалку дерни!

   Главком дернул - появились ножницы: маленькие, забавные, на пружинке, с одной оттопыренной в сторону ручкой.

   Он попробовал стригнуть ноготь - ничего другого в голову по применению такой крохотной безделицы не пришло - но веселые ноженки, беззубо шкрябнув по прочной корявой пластине, сотрудничать отказались.

   Его величество это не смутило ни в малейшей степени.

   - Ты теперь вон ту пипочку тащи!

   Та пипочка и еще несколько следующих принесли на всеобщее обозрение пилку для ногтей, еще три ножичка - мал-мала-меньше, наверное, семью того, первого, шило, больше похожее на иголку, забавный штопор, складной стаканчик, трубочку для коктейля и крохотную отвертку - не иначе, для ремонта карманных часов. А после нажатия на потаенную кнопочку из мелких плоских недр красной диковины к удивлению генерала еще и зазвучал такой же плоский незатейливый мотивчик.

   - Видишь, Граненыч, какая красота! - сияя глазами, как ребенок, демонстрирующий друзьям долгожданный подарок, восхищенно промолвил Василий. - Гляди-ка, чего гельвитанские мастера могут сотворить!.. Гельвитанский армейский нож называется! Какая крохотулька, а сколько всего в нее полезного понатолкано!

   - Особенно ножницы, - рьяно поддакнул своему монарху генерал.

   - Вот-вот! - обрадованный пониманием, заулыбался царь. - И хорошо, что ты подошел - а то я, сколько ни бился, своими лапами ничего даже подковырнуть не смог! Какая малость - а как сделано всё тонко!

   - Мудро подмечено... филигранная работа... - польщенный горячим одобрением коллеги, самодовольно закивал Ан де Труа. - Не в обиду будет лукоморским гостям сказано, а только в вашем царстве таких мастеров найдется едва ль.

   Последняя ремарка, похоже, вывела Василия из состояния телячьего восторга и задела за живое.

   - Обидные ваши слова, ваше величество! Наши мужики ничуть не хуже гельвитанских мастеров всякую штуковину замастрячить умеют!

   - Может, ваши... мужики... и вправду много чего умеют... штуковин... кхм... разных... - с вежливым скепсисом покривилась ухоженная физиономия гельвитанского правителя. - Но только нашим гельвитанским искусникам равных на Белом Свете нет, и еще не скоро будет, ваше величество.

   - А вот и есть им равные! Да еще почище! Ваше величество! - пылко взмахнул кулаком Василий.

   - Боюсь, ваше величество ошибается, - галантно покачал головой король.

   - А вот и не ошибаюсь! - уперся Василий.

   - Да нет нашим мастерам нигде равных! - гордо вскинул голову Ан.

   - А вот и есть! - встрял в спор, защищая родных мастеров чахлой грудью Граненыч. - У нас при обозе такой мужичок имеется, Никита Кулебякин, УлюхА по прозвищу, так он хоть какую тебе чудо-юду за полдня смастерит-заварганит, только намекни! Золотые руки! Платиновая голова!

   - Да чтобы такую вещицу повторить, тридцать лет учиться надо! - обиженно взвился король.

   - А ему трех дней хватило бы! - упрямо выпятил нижнюю губу князь Грановитый.

   - Не верю! - раскрасневшийся от спора гельвитанин откинул тыльной стороной узкой ладони завитые локоны с лица на затылок и гордо вскинул напомаженную голову. - Не бывать такому! Не может! Такого! Быть!!!

   - На что спорим? - азартно сощурился раззадорившийся царь.

   - На интерес!

   - Это как? - не понял лукоморец.

   - Ну, к примеру, когда я выиграю, то загадаю желание, что бы ты такое сделал - на крыше, к примеру, прокукарекал, или на руках по комнате прошел...

   - Да еще неизвестно, кто у нас где кукарекать будет! - задорно подбоченился Василий.

   - Ха! - повторил его позу Ан. - Всё известно! Ни за что вашему мужику за три дня такую филигранную работу не повторить!

   - А почему за три именно? - заморгал, спохватившись, Граненыч.

   - Так ведь через четыре вы уж уезжать, вроде, с утра пораньше планировали? - недоуменно наморщил лоб де Труа.

   - А, ну да! - спохватился Василий.

   - А через три у нас прощальная охота по протоколу, вот в обед в охотничьем шале пусть этот ваш... кхе-кхе... Улюха... свое умение и покажет!

   - А по рукам!

   - А по рукам!

   - Граненыч, разбивай! - энергично махнул свободной дланью как лопатой лукоморский царь.

   - Архистратиг Артикул! Свидетелем будешь! - пристукнул изящным кулачком по столу король.

   - Э-э-эх, где наша не пропадала!.. - весело ухнул главком всея лукоморской обороны и, крякнув усердно, словно дрова колол, рубанул ребром ладони по сцепленным рукам начальства.

   - Ну, всё, брат наш Василий! Проспорил ты мне желание! - подначивая царя, подмигнул король.

   - А это мы еще поглядим, - хитро усмехнулся Василий.

   - Поглядим, поглядим, - уверенный в своей скорой и безоговорочной победе заулыбался король и изысканным жестом пригласил дорогих гостей перейти от споров к фуршету.

   * * *

   Когда разгоряченные, раззадоренные утиной охотой Ан и Василий в сопровождении Граненыча и Артикула вернулись в лесной домик к обеду, Улюха уже поджидал их на улице.

   Завидев веселую компанию охотников, мужичок, скромно притулившийся у колеса лукоморской телеги, проворно вскочил на ноги, отряхнул от пыли тощий зад, и отвесил глубокий поклон, направленный по биссектрисе в пространство между двумя монархами.

   -----------------начало сноски-----------------

   1 - Я один, вас двое, кому первому поклонишься - второй обидится. Пень его знает, кому по вашему протоколу в каком порядке кланяться.

   ---------------конец сноски---------------------

   - Доброго вашим величествам дня, здравствовать вам да царствовать до ста лет и дальше, - с безмятежным достоинством проговорил умелец, с придворным этикетом не знакомый отродясь, и довольный этим.

   - А-а-а, Никита! - обрадовано улыбнулся Василий Двенадцатый, бросил добытых уток подбежавшему краснощекому повару, и с нетерпением повернулся к снова заробевшему мужику. - Ну, давай, показывай нам, как ты гельвитанское чудо повторил!

   - Не повторил я... - смущенно пробормотал Улюха, но, не успел Василий сурово нахмуриться, а Ан победно просиять, как мастер поспешил добавить: - Я его превзошел.

   Публика ахнула.

   - Ну, так чего же ты скоромно так пристроился тут снаружи, давай, в дом заходи, карманы выворачивай, показывай ювелирную работу! - заулыбался как майское солнышко лукоморский царь. - Поди, лупу надо, чтоб на твое творение любоваться?

   - Д-да нет, вроде, и так видать, - отчего-то сызнова сконфузился Улюха.

   Поигрывая снисходительной усмешкой на тонких губах, Ан де Труа достал из кармашка штанов нож своей армии - двойник подаренного три дня назад лукоморцу - и приготовился сравнивать.

   Не глядя на демонстративные приготовления гельвитанского правителя, Никита сосредоточенно повернулся к телеге, вытянул из-под рогожи продолговатый предмет, закутанный в мешковину, несмело обвел близорукими глазками присутствующих сильных мира сего, и с надеждой глянул на Василия.

   - Вот подумал я тут... на досуге... подумал, значит... царь-батюшка... - сипло откашлявшись, спотыкаясь и останавливаясь почти после каждого слова, начал он свою речь, - и чтобы гельвитанцкую вещичку за пояс заткнуть, измыслил одну... штукуёвину... шибко полезную... значит...

   Судорожно сглотнув пересохшим от волнения горлом - то ли слова вступительной речи запамятовал, то ли его заготовленный спич на сем и заканчивался - Никита Кулебякин присел на корточки, зажал изобретение в сгибе левого локтя, прижав его с другой стороны щекой, и принялся дрожащими пальцами развязывать узлы спутывавших мешковину пеньковых веревок.

   - Ну, так чего ты такого нам соорудил, мастер Никита? - задал ободряюще-наводящий вопрос царь.

   Мастеровой отвлекся на мгновение, собираясь ответить на монарший вопрос, поднял голову, и полезная, но своевольная "штукуёвина", не задумываясь воспользовавшись представившимся случаем, накренилась, увлекая за собой своего создателя. И, не успев и глазом моргнуть, Никита хлопнулся на траву пятой точкой, распугивая кузнечиков.

   Изобретение накрыло его сверху.

   - Граненыч, пособи мастеру! - нетерпеливо махнул рукой главкому царь, и тот рьяно кинулся на подмогу своему протеже.

   Архистратиг Артикул, господин холерического психотипа, не желая пропускать грядущую славную потеху, если он вообще в потехах что-либо понимал, подмигнул королю и бросился за своим лукоморским коллегой.

   Втроем у них дело пошло веселее, и через полминуты генералы браво застыли перед их величествами с Никитиным изобретением на вытянутых руках.

   Непонятного назначения бревнообразный предмет был длиной почти в метр и весил, судя по побагровевшим физиономиям помощников, преизрядно.

   Монархи переглянулись, вытянули шеи и задумчиво нахмурились, пытаясь если не рассмотреть предъявленный артефакт поближе - рассматривать там было особо нечего - то хотя бы без подсказки догадаться, что бы это такое могло быть, и какое отношение могло иметь к первоисточнику вдохновения.

   - Что это? - первым капитулировал гельвитанин.

   - Бревно? - высказал единственную пришедшую на ум догадку царь Василий.

   - Маленькое бревно? - прозорливо уточнил архистратиг Артикул.

   - Большое полено? - сделал революционное предположение князь Грановитый.

   - Чурбак? - усомнился в предположении король.

   - Никак нет, ваше величество... господа генералы... Не бревно это... никак нет... и не полено... полено меньше бывает... Это... так сказать... - смущенный реакцией аудитории, торопливо, комкая и глотая слова, заговорил Никита. - Сюрприз... значит...

   - Сюрприз? - асинхронно захлопали четыре пары изумленных глаз.

   - Так точно! - гордо подтвердил Кулебякин и приободрился. - Вот, погляньте! Ваши величества, подойдите ближе - поди, плохо видно? Да вы, господа генералы, руки-то уберите с дороги, руки! На ладоньки бы положили - и виднее было б!

   Генералы послушались, хотя увесистый предмет удерживался на их мозолистых от перебирания штабных карт "ладоньках" с явным трудом.

   Мастер удовлетворенно кивнул и снова обратил разгорающийся неземным энтузиазмом изобретателя взор на слушателей.

   - Глядите, ваши величества! Всё очень просто и еще проще! Легким движением руки безобидное с виду полено превращается ... превращается... полено превращается...

   - В Буратино! - первым догадался де Труа.

   Одарив походя эксцентричного короля вопросительным взглядом и не дожидаясь ответа, Улюха продолжил возню со своим творением.

   - ...Ваше превосходительство князь... тяните!... превращается... А ваше - толкайте!.. превращается... Да не туда толкайте, а куда то его превосходительство тянет!.. Да с ног его не уроните - он у нас хоть и башковитый, да шибко хлипкий... прости, батюшка Митрофан... Превращается... Эх, недоработочка вышла... исправлю... Превращается полено... в армейский меч образца девятьсот четырнадцатого года!

   Собравшиеся издали коллективное "ух ты!", когда красный от натуги изобретатель вытащил из недр своего детища, обратившегося в рукоятку, обещанный клинок1.

   - Вот, меч! - довольно представил он долгожданное явление.

   - Для меча рукоятка длинновата, - с сомнением знатока проговорил Артикул, старательно прикрывая улыбающийся в усы рот пухлой дланью, свободной от демонстрируемого экспоната.

   - Ну, тогда мечевидное копье. Оборонного действия, - быстро сориентировался изобретатель.

   - И тяжеловата, - продолжил придираться гельвитанец, старательно скрывая улыбку.

   - Вы еще не знаете, сколько клинок весит, - успокоил их Никита.

   Король не удержался и прыснул в пальцы.

   - Значит, назовем сию комплектацию оружием двойного назначения, - не потерялся и выступил на защиту приунывшего изобретателя Граненыч. - Лезвием можно во врага тыкать, а рукояткой - по балде ему съездить. Противоходом.

   Гельвитане задумались, переваривая предложенную поправку, переварили, и осторожно, чтобы не расхохотаться в голос, кивнули Кулебякину:

   - Продолжай, мастер.

   И изобретатель продолжил:

   - А ежели вдруг кому приспичило... или, по науке, ратным языком выражаясь, тактическая обстановка в военно-морском театре радикальным макаром изменилась... то легким движением руки меч убираем... убираем меч... значит... убираем.... Ваше превосходительство князь, тяните!... убираем... А ваше толкайте, толкайте!... убираем ме... ай!..2 Эх, недоработочка вышла... исправлю... А теперь нажимаем на энтот потайной сучок... и...

   ---------------------

   1 - К счастью, тупой, иначе количество пальцев на троих при окончании операции было бы раза в два меньше, чем при начале.

   2 - Теперь количество пальцев могло бы уменьшиться еще в половину.

   --------------------

   Из распила, с обеих сторон, выскочили изогнутые деревянные рога.

   - И получаем арбалет! Остается только натянуть тетиву... - свободной рукой Никита выудил из кармана свитые в шпагат воловьи жилы и ловко нацепил их на рога арбалета. - И самострел готов!

   Словно в подтверждение слов автора один рог под натяжением неожиданно хрустнул, оторвался и повис на тетиве, привязанной к концу второго рога.

   И сразу всем стало понятно, что самострел действительно готов.

   - Эх, недоработочка вышла... Исправлю! - не смутился такой мелочью поймавший кураж, словно родитель, рассказывающий об успехах ребенка-вундеркинда, мастер, а лишь отмахнулся от неудачи и увлеченно продолжил: - Но и это еще не всё! Если в просверленные в этом конце отверстия... вставить два десятка прилагающихся специальных паличных шипов... находящихся в положении "навалом"... вот в энтом пенальчике... в рукоятке... в противоположном конце... длиной эль малой равной пять сантиметров... то получится... получится... элегантная... палица.

   Несмотря на обещание творца, шипы, больше похожие на преостро заточенные с обоих концов гвозди, вставляться не желали, по переменке то выпадая, то застревая, то утыкаясь косо, и конструктор, нервно ухмыльнувшись и пробормотав ставшее уже припевом к любой операции "Эх, недоработочка вышла, исправлю", ссыпал остатки в их кармашек и плавно перешел к следующему этапу презентации.

   - Но и это еще не всё! И поэтому легким манием умелой руки грозная палица превращается... превращается палица...

   На глазах у изумленных правителей и их полководцев грозная, хоть и лысоватая палица последовательно превратилась в узкую лопату без плечиков, больше похожую на широкий дротик1, потом в такие же узкие, но зубастые вилы, плоский топор, нелепую двуручную пилу, жидкий веник, толстый тяжелый цеп, не раскрывшееся ведро, не закрывшийся ухват, дырявое корыто и косу для лилипутов, полотно которой вытащить не удалось даже совместными усилиями всех пятерых.

   ---------------------------

   1 - "Инструмент двойного назначения", - загадочно подмигивая, проговорил понравившуюся универсальную формулу изобретатель.

   ---------------------------

   Аудитория следила за все новыми и новыми преображениями удивительного бревна словно за представлением фокусника, увлеченно пытаясь угадать, что следующее покажется на свет, и неизменно попадая пальцем в небо. И когда из недр изобретения, вслед за винтиком, с грохотом выпали две половинки ножниц для стрижки даже не овец, а, скорее, медведей, и рыжебородый Никита в последний раз пробормотал "Эх, недоработочка вышла... исправлю..." и поклонился, прижимая свое детище к взволнованно вздымающейся груди, гельвитане зааплодировали.

   - Браво! - хохоча и хлопая себя по коленкам и ляжкам, словно выбивал из охотничьих штанов пыль, выкрикивал де Труа.

   - Браво! - смачно хлопал в толстые ладоши архистратиг, и толстые щеки его колыхались в такт вырывающемуся из глубин груди смеху.

   - Браво! - потешаясь, стучал медным ковшиком по подоконнику летней кухни краснолицый повар.

   - Погодите... а где же... у вашего... ножичка... музыка? - на мгновение перестал заливаться и с трудом проговорил король, демонстрируя свой образец для подражания, так и оставшийся неподраженным.

   - Музыка вот, - красный, как медный ковшик повара, Улюха перевернул свою "штукуёвину" и показал ступенькообразные зазубрины на другой ее стороне. - Берете любую палку... или ложку... деревянную... и возите по ним. Или стучите. И тогда звук как этот получается... килофон...

   Слова его были встречены новым приступом чистосердечного гельвитанского ржания.

   Царь Василий, багровый, кусающий губы, кинул пылающий стыдом и обидой взгляд на Граненыча, потом на сжавшегося Кулебякина, обещая им отдельный предметный разговор позже вечером и, выдавив из себя деревянную с зазубринами улыбку, промолвил:

   - Жалую тебе, Никита, за наше с его гельвитанским величеством развлечение серебряный рубль. А теперь ступай. На кухню. Там тебя твой... поклонник... покормит.

   - А с меня - десять золотых гельвихов! - улыбаясь от уха до уха, радостно поддержал высокого гостя Ан. - Я так не смеялся с тех пор, как пьяный тесть на нашей с королевой свадьбе вместо пряника съел кусок мыла!

   - А уж ее величество-то как, наверное, смеялась... - степенно покачал головой Митроха. - Особенно когда узнала, кто ему это мыло подложил...

   - А... ты откуда знаешь? - краска уже не веселья - конфуза залила щеки короля.

   - Что знаю? - захлопал редкими короткими ресницами князь. - Я ничего не знаю, ваше величество. Я только догадываюсь.

   - А-а... - то ли с облегчением, то ли с новой настороженностью протянул Ан, вопросительно глянул на Василия, потом снова на Митрофана, и для ясности предпочел забыть о старом инциденте, едва не стоившего веселому парню его брака, трона и половины королевства.

   - Ну, что ж, господа лукоморцы, - похохатывая в густые усы, протянул руку генерал Артикул, - прошу в домик, освежимся, пропустим по стаканчику-другому старого гельвитанского, пока старик Бергамо готовит нам уток.

   - И пока я придумываю желание, которое проспорил нам наш добрый Василий, - подмигнув, добавил де Труа.

   - Ну, с желанием-то, наверное, всегда просто, - мужественно запихнув неудачу поглубже и подальше, улыбнулся уже более искренне Василий Двенадцатый королю.

   - Я полагаю, полцарства в бессрочную аренду ты мне не дашь? - невинно захлопал глазками король.

   - Только навынос, - решительно проговорил Граненыч.

   Правители и их советники рассмеялись, постукивая друг друга игриво кулаками по плечам и спинам, и дружной гурьбой направились в дом.

   - Э-эй... ваше величество... А как же... вот... это?.. - недоуменно и жалобно воззрился на удаляющуюся спину царя позабытый Улюха, протягивая на дрогнувших отчаянно руках свое творение.

   - Вот это... что... кстати? - прикусывая и глотая добрые тихие слова в адрес так опозорившей их перед державами платиновой головы лукоморского обоза, оглянулся и ворчливо поинтересовался Граненыч.

   - Лукоморский армейский нож! - мужичок пылко указал рыжеватой бороденкой на мирно покоящееся у него на руках и притворяющееся безобидным бревно.

   Дальнейшие его слова - если таковые и были - бесследно потонули во взрыве истерического ржания хозяев.

   Повар выронил на траву ковш и сполз под подоконник. Де Труа в последнем отчаянном жесте дипломатической доброй воли спрятал лицо в ладонях. Артикул закрыл слезящиеся глаза пухлыми кулаками...

   Никита, наконец-то, заподозрив, что сказал или сделал что-то не то, растерянно опустил руки, и лукоморское армейское сверхоружие с глухим стуком ткнулось одним концом в землю.

   - Ваше величество... Вы простите меня... коль не так чего... - вытянулось жалостно лицо мужика. - Мы ж люди простые, не ученые...

   - Не ученые - так учитесь, пока умные люди дают, гаврики, - сердито буркнул Граненыч и повернулся идти в дом, где на пороге уж заждались их гостеприимные хозяева.

   - Так я же хотел...

   - А-а, ладно, иди уже... обедай... - бросил сердиться и махнул рукой царь. - Что сделано - то сделано. Но если Ан загадает, чтоб я с крыши прокукарекал, я туда лезть тебя заставлю, понял?

   - Понял... Как не понять, ваше величество... - с видом побитой собаки ссутулился и глянул исподлобья Улюха, упрямо не принимая ни шутливого тона, ни прощения. - Я ж понимаю... что перед державами... Но ведь я же хотел...

   Верхняя ступенька крыльца скрипнула под ногами, лукоморцы повернулись, готовые отшучиваться или пить штрафную - в зависимости от вектора обстановки в гельвитанском дипломатическом театре - и замерли.

   В дверях, бледный как снег, с поднятыми за голову руками, показался король, за ним - потерянный, испуганный генерал Артикул...

   За их спинами в украшенной комнате Рассказов королевского охотничьего домика маячили четверо плечистых незнакомцев в зеленых куртках, черных масках и с арбалетами в руках.

   - Кто это?.. - начал было ошеломленный Василий, как из-за угла дома выступили еще четверо точно таких же, только с мечами наголо.

   - Власть переменилась. Лукоморцы отойдут в сторону и завтра утром уедут домой, - непререкаемым тоном, словно астролог, зачитывающий предсказания будущего, произнес один из громил с мечом - наверное, старший.

   И тон его более чем ясно намекал на то, что если в сторону отойти лукоморцы не пожелают, то уедут они прямо сейчас, и не домой, а в те края, откуда не возвращаются.

   Василий сосредоточенно задумался на секунду и старательно кивнул.

   - Понял, не дурак, - обратился он к похитителям гельвитанского правительства, потом повернулся к Граненычу: - Князь, отходим.

   - А как же?.. - под неласковым взором арбалетчиков изумленно вскинул брови Митроха, и получил исчерпывающий ответ:

   - А так им и надо. Будут знать, как над нашим братом гоготать. Скоморохов нашли, умники.

   С самодовольным видом человека, враз получившего компенсацию за все несправедливости жизни вместе взятые, царь Василий Двенадцатый отступил с дороги вооруженного отряда и грубо дернул за собой замешкавшегося Граненыча.

   Остатки надежды, теплившейся еще в глазах короля, потухли, как огонек догоревшей спички, и он, ссутулившись, под издевательскими взорами пленивших его заговорщиков, сделал шаг вперед...

   И упал, споткнувшись о растянувшегося у него под ногами вожака похитителей.

   Тут же, рассекая воздух, свистнул богатырский кулак, и рядом с верховодом со свороченной челюстью и контузией грохнулся второй меченосец.

   Двое оставшихся, не теряя ни секунды, набросились с поднятыми мечами на непонятливого гостя страны...

   Но не тут-то было.

   Легким движением руки Василий выхватил из судорожно сжатых пальцев Никиты супероружие - лукоморский армейский нож, взмахнул им как дубиной, и оба атакующих злоумышленника повалились в кучу малу - один сраженный вылетевшим из недр лезвием овечьих ножниц, другой - скошенный неожиданно для всех1 выскочившим полотном косы.

   ------------------------

   1 - Включая разработчика.

   ------------------------

   Арбалетчики, отделенные от поля боя наглухо перекрывшей проход толстой спиной Артикула, заметались по комнате.

   Один высунулся было в окошко, но получив в глаз вылетевшим из "штукуёвины" поленом на веревке - рабочей частью цепа - лег на дар-эс-салямский ковер отдыхать до вечера.

   Воспользовавшись замешательством противника, Артикул, как истинный стратег, бросился зигзагами наутек, не забыв подхватить на бегу и сунуть подмышку короля.

   Арбалетчики, изрыгая проклятия и угрозы, сталкиваясь и мешая друг другу, ломанулись в дверной проем вслед.

   Самого проворного там встретила и оставила с обломком приклада в руках почти лысая, но увесистая палица.

   От удара о косяк двери крышка пенала на чудо-оружии Улюхи оторвалась, и вылетевшие со скоростью и эффективностью раздразненных шершней оставшиеся шипы на несколько мгновений заставили оставшуюся парочку заняться чем-то иным, нежели охотой на короля.

   Ни сказать что-либо по этому поводу, ни выхватить меч первый стрелок не успел, потому что секунду спустя противоходом ему на голову наделось раскладное ведро, а сверху опустился железный кулак царя.

   Пользуясь моментом замешательства в рядах противника, Василий с громовым лукоморским "...твою родительницу!" и творением Никиты наперевес бросился в притихшую комнату...

   Где на самом пороге его встретила короткая арбалетная стрела.

   Со звоном срикошетив о высунувшееся от удара из рукояти полотно лопаты, она пригвоздила к полу воротник попытавшегося пошевелиться первого стрелка.

   Перезарядить выстреливший в царя арбалетчик уже не успел: лукоморский армейский нож оставил на его лбу глубокий отпечаток длинного ряда ступенькообразных зазубрин - народную примету обширного сотрясения мозга и неспокойного отдыха в лазарете до третьей звезды...

   После обещания убрать страшное оружие и оказать первую медицинскую помощь в виде удаления воткнувшихся шипов из всех пораженных частей тела, оставшийся заговорщик выбросил из своего укрытия - перевернутого стола - бесполезные против оружия века арбалет и меч и сдался на милость победителя.

   На то, чтобы надежно связать медленно приходящих в себя и всё еще пребывающих в царстве грез заговорщиков ушли следующие пять минут. Покончив с делом, Василий хотел уже было отправлять свой маленький отряд прочесывать лес в поисках хозяев, но Граненыч вдруг обрадовано ухнул и ткнул пальцем в сторону дальних кустов:

   - Да вон же они, вроде!..

   И верно: после выкрика Митрофана ветки курчавых зарослей на дальнем конце поляны зашевелились, и на обозрение лукоморцам осторожно показались вооруженные толстыми сучьями де Труа и Артикул.

   - Вы живы?!.. - отшвырнул палку и бросился к гостям король.

   - А где?.. - опытный генерал не был так порывист и неосмотрителен.

   - Вон, принимайте по счету, - насмешливо кивнул Василий на слабо шевелящуюся на траве кучу несостоявшихся похитителей гельвитанского монарха, после чего поднял с земли творение Улюхи и ласково похлопал широкой, как лопата ладонью нагретую теплым осенним солнцем деревяшку.

   - Ну, так мы не договорили с тобой, Ан: кто кого из наших мастеров, говоришь, переплюнул-то, а?

   Король с комичной беспомощностью развел руками, показывая капитуляцию, и лукаво улыбнулся:

   - Ну, что? Мне в дом зайти можно, или сразу на крышу - кукарекать?..

Все материалы помещены в рассылку с разрешения автора

Использование материалов рассылки возможно с разрешения Светланы Багдериной

Приглашение

Если у Вас есть вопросы, предложения, да и просто так - пишите! Только вместе мы сможем сделать наш общий Дом "Архивы Кубикуса" удобным и процветающим.
Ждем вас!

Другие рассылки проекта «Архивы Кубикуса»:

ЛЮБИТЕ ЛИ ВЫ ФЭНТЕЗИ? ПОЛЮБИТЕ!

Обзоры новой фантастики от Архивариуса OlegZK

ЗАМЕТКИ О ФАНТАСТИКЕ

Анонсы  фильмов и игр  от  Кэт

На наши рассылки Вы можете подписаться здесь

Могилевская областная библиотека

С уважением, автор рассылки ANN (сайт)
выпуск – Квета